Военные записки
Apr. 15th, 2022 06:25 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
murskijПрвильно ли я делаю, что публикую это? Но эти рассказы живут во мне. Я могу задвинуть их в подсознание, но лучше не будет.
Женщина из Николаева, 62 года. Сломана рука.
«У меня мама была последние годы лежачая. Когда бомбить начали, мы с собакой (кокер-спаниель) в коридор перебрались спать. Потом я в ванной место оборудовала. В подвал уйти не могу, мама лежит. А второго апреля мамы не стало. Похоронила я её под бомбежками, спасибо ребятам из ритуальной службы, помогли. Похоронила рядом с папой. Отпустила меня мамочка. Два дня света не было и воды. И все в подвале сидели. Никто не знает, что я уехала. А 11-го услышала, что от синагоги автобусы увозят людей. Покидала быстро что-то в чемодан, полчемодана кормов для собаки, схватила её и побежала. А как я её оставлю?
А когда ехали, начался обстрел автобуса. Я хотела телефон в этот момент зарядить и упала, руку сломала. Ещё 15 часов ехали. Рука болит, ничего сделать нельзя. Только когда доехали, мне уже тут операцию сделали, вот сейчас на физиотерапию хожу.
Говорит спокойно, будто извиняется, что столько хлопот доставляет: «А дочка у меня с внуком, ему 5 лет, в селе под Николаевом остались. Там у них две недели окупация была. В погребе сидели две недели. А она сказала: «Мужа не оставлю». И не поехала. Я могу её понять. А брат в Питере. С начала войны не звонит. Второй во Владивостоке. Я звоню ему говорю: «Нас бомбят»! А он мне отвечает: «Не морочь голову. Ты всё выдумываешь». Ну послала его вслед за русским кораблем. Не могу больше с ними разговаривать. Сейчас все хорошо, вот на физиотерапию хожу. Собаку на передержку взяли. Спасибо этой женщине. Немка какая-то. Так скучаю за ним! И он за мной. А что я сейчас могу с одной рукой? Тут хоть помогут мне, хлеб порезать или что. Я даже лапы ему помыть не смогу сейчас, с одной-то рукой...»
Женщина 51 год, из Чернигова. Две маленькие старенькие собачки. Всё время носит их на руках, боится оставить.
«Когда 25-го бомбить начали, мы в подвал спустились. Страшно очень. Собаки в стрессе, есть ничего не ели. В подвали людей очень много, вентиляции нет. Духота, в школе сидели. Дети сознание теряют от духоты. А потолок – вот такой, показывает рукой чуть выше себя (приблизительно 2 м высоты). Я к двери подходила, чтобы вдохнуть через щель, потом обратно. Воды уже не было. Воду стали возить в цистернах, Помните, такие? Раньше из них квас продавали. А вода техническая. Её полчаса кипятить нужно. А где кипятить, когда газа нет, света нет. Костры жгли, много на них накипятишь. Только поставишь кастрюлю, а тут сирена, бежим в подвал. Услышали, что эвакуируют. Дочку отправили сначала, ей 26. Сейчас в Карлсруэ. Стояли в очереди за хлебом, они стрелять начали, прямо по очереди. По людям…. А когда такое началось, сами поехали. Домой хочу. Очень хочу домой! И не знаю, есть ли дом ещё... всё там осталось... фотографии. 70% Чернигова в руинах. Есть ли мой дом ещё?»
Мужчина 68 лет, выглядит значительно старше. Из-под Харькова. Онкобольной.
-А тут речка далеко?
- Да минут десять пешком.
-А рыбу ловить можно? Я рыбу ловить люблю, - мечтательно говорит он.
Начинаю рассказывать про правила ловли рыбы здесь, отвлекается, начинает улыбаться. Уколы обезболивающие два раза в день. Госпитализация пока невозможна, нет страховки.
Рассказывает: «Я семью вывозил. Сели в машину, я веду. Тут обстреляли нас. Невестка сейчас в госпитале в Польше осталась. Вот после обстрела и началось у меня. Раньше ремиссия была. Сейчас уже и лекарства не помогают...»
Жена такого же возраста, еле передвигается, проблемы с ногами: «Скажите, а как тут на работу устроиться? Я могу пирожки печь. Я полжизни на хлебозаводе работала. Знаете, какие я пирожки пеку?»
Что-то мычу о здешних правилах, о разрешении на работу. Я ничем не могу помочь. Ничем. Хожу, перевожу что-то. Если допускать это внутрь, то наступает онемение, я теряю язык. Чувствую свою никчемность и бесполезность. Я ничем. Никому. Не могу. Помочь. Ничем.
Женщина из Николаева, 62 года. Сломана рука.
«У меня мама была последние годы лежачая. Когда бомбить начали, мы с собакой (кокер-спаниель) в коридор перебрались спать. Потом я в ванной место оборудовала. В подвал уйти не могу, мама лежит. А второго апреля мамы не стало. Похоронила я её под бомбежками, спасибо ребятам из ритуальной службы, помогли. Похоронила рядом с папой. Отпустила меня мамочка. Два дня света не было и воды. И все в подвале сидели. Никто не знает, что я уехала. А 11-го услышала, что от синагоги автобусы увозят людей. Покидала быстро что-то в чемодан, полчемодана кормов для собаки, схватила её и побежала. А как я её оставлю?
А когда ехали, начался обстрел автобуса. Я хотела телефон в этот момент зарядить и упала, руку сломала. Ещё 15 часов ехали. Рука болит, ничего сделать нельзя. Только когда доехали, мне уже тут операцию сделали, вот сейчас на физиотерапию хожу.
Говорит спокойно, будто извиняется, что столько хлопот доставляет: «А дочка у меня с внуком, ему 5 лет, в селе под Николаевом остались. Там у них две недели окупация была. В погребе сидели две недели. А она сказала: «Мужа не оставлю». И не поехала. Я могу её понять. А брат в Питере. С начала войны не звонит. Второй во Владивостоке. Я звоню ему говорю: «Нас бомбят»! А он мне отвечает: «Не морочь голову. Ты всё выдумываешь». Ну послала его вслед за русским кораблем. Не могу больше с ними разговаривать. Сейчас все хорошо, вот на физиотерапию хожу. Собаку на передержку взяли. Спасибо этой женщине. Немка какая-то. Так скучаю за ним! И он за мной. А что я сейчас могу с одной рукой? Тут хоть помогут мне, хлеб порезать или что. Я даже лапы ему помыть не смогу сейчас, с одной-то рукой...»
Женщина 51 год, из Чернигова. Две маленькие старенькие собачки. Всё время носит их на руках, боится оставить.
«Когда 25-го бомбить начали, мы в подвал спустились. Страшно очень. Собаки в стрессе, есть ничего не ели. В подвали людей очень много, вентиляции нет. Духота, в школе сидели. Дети сознание теряют от духоты. А потолок – вот такой, показывает рукой чуть выше себя (приблизительно 2 м высоты). Я к двери подходила, чтобы вдохнуть через щель, потом обратно. Воды уже не было. Воду стали возить в цистернах, Помните, такие? Раньше из них квас продавали. А вода техническая. Её полчаса кипятить нужно. А где кипятить, когда газа нет, света нет. Костры жгли, много на них накипятишь. Только поставишь кастрюлю, а тут сирена, бежим в подвал. Услышали, что эвакуируют. Дочку отправили сначала, ей 26. Сейчас в Карлсруэ. Стояли в очереди за хлебом, они стрелять начали, прямо по очереди. По людям…. А когда такое началось, сами поехали. Домой хочу. Очень хочу домой! И не знаю, есть ли дом ещё... всё там осталось... фотографии. 70% Чернигова в руинах. Есть ли мой дом ещё?»
Мужчина 68 лет, выглядит значительно старше. Из-под Харькова. Онкобольной.
-А тут речка далеко?
- Да минут десять пешком.
-А рыбу ловить можно? Я рыбу ловить люблю, - мечтательно говорит он.
Начинаю рассказывать про правила ловли рыбы здесь, отвлекается, начинает улыбаться. Уколы обезболивающие два раза в день. Госпитализация пока невозможна, нет страховки.
Рассказывает: «Я семью вывозил. Сели в машину, я веду. Тут обстреляли нас. Невестка сейчас в госпитале в Польше осталась. Вот после обстрела и началось у меня. Раньше ремиссия была. Сейчас уже и лекарства не помогают...»
Жена такого же возраста, еле передвигается, проблемы с ногами: «Скажите, а как тут на работу устроиться? Я могу пирожки печь. Я полжизни на хлебозаводе работала. Знаете, какие я пирожки пеку?»
Что-то мычу о здешних правилах, о разрешении на работу. Я ничем не могу помочь. Ничем. Хожу, перевожу что-то. Если допускать это внутрь, то наступает онемение, я теряю язык. Чувствую свою никчемность и бесполезность. Я ничем. Никому. Не могу. Помочь. Ничем.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2022-04-15 04:41 pm (UTC)а у нас поселился кот - беженец и беглец)
no subject
Date: 2022-04-15 05:07 pm (UTC)Если вам легче от этого - пишите обязательно!
no subject
Date: 2022-04-15 05:50 pm (UTC)no subject
Date: 2022-04-15 05:50 pm (UTC)no subject
Date: 2022-04-15 10:10 pm (UTC)Я эти истории везде читаю. Как некоторые отмечают, фиксировать - это тоже архиважно.
no subject
Date: 2022-04-16 07:33 am (UTC)no subject
Date: 2022-04-16 08:21 am (UTC)no subject
Date: 2022-04-16 01:40 pm (UTC)no subject
Date: 2022-04-16 01:41 pm (UTC)no subject
Date: 2022-04-17 06:23 am (UTC)no subject
Date: 2022-04-17 03:24 pm (UTC)